Самое престижное ралли Европы проходило под патронажем принца Монако: зимой курортный сезон прекращался, падала прибыль самого известного в мире казино и крошечная страна испытывала большие финансовые трудности, спасти от которых и должны были престижнейшие автогонки.
О том, что победить должен был не столько лучший гонщик, сколько лучший автомобиль, красноречиво говорит такой факт: ремонтировать двигатель и детали шасси по ходу гонки запрещалось, перед стартом они пломбировались. А путь Андрею Нагелю предстоял долгий — свыше трех тысяч километров. То есть надежность машины играла важнейшую роль в победе. Из 83 гоночных автомобилей почти половина вообще не добрались до финиша. Трасса была очень тяжелой: зима, снежные заносы, гололед, темнота.
Порой спутник гонщика Нагеля Вадим Михайлов со сломанной рукой (получил травму в ходе гонки) брел впереди с фонарем по сугробам — иначе ничего не было видно. Автомобиль «Руссо-Балта» то передвигался не быстрее пешеходов, то мчался со скоростью свыше ста километров в час…
Автомобиль «Руссо-Балта» очень хорошо подходил для тяжелых испытаний. Ведь некоторые детали на автомобильном отделении рижского завода производились с точностью до микрона, по технологии, которая использовалась тогда в мировом автопроме только на «Руссо-Балте» и на заводе Форда в Америке. Надежность машины сомнений не вызывала.
При создании машины «Руссо-Балта» С24/55 были аккумулированы лучшие достижения ряда рижских предприятий. Например, использовались автомобильные шины работавшего на Саркандаугаве завода «Проводник». При проведении испытаний шин «Проводника» они показали большую прочность, чем ряд зарубежных аналогов. Известный авиаконструктор, директор засулаукского завода «Мотор» Теодор Калеп изготовил для автомобиля «Руссо-Балта» алюминиевые поршни (в исторической литературе, порой, утверждается, что это были первые алюминиевые поршни в истории автомобилестроения).
Андрей Нагель, фанат технического прогресса, главный редактор и издатель нескольких российских журналов об автомобилях и самолетах, был и опытным автогонщиком. Стоит ли удивляться, что на таком автомобиле как «Руссо-Балт» он опередил на финише ближайшего преследователя на шесть часов.
Победа Андрея Нагеля повысила в Российской империи интерес к автоспорту. Император Николай II за спортивные успехи наградил Нагеля орденом Святой Анны III степени — случай для страны уникальный. А вот создатели автомобиля остались как бы в тени славы Нагеля.
Стоит назвать инициатора создания автомобильного производства на «Руссо-Балте», председателя правления этого предприятия Михаила Шидловского, первого авиаконструктора предприятия Жюльена Поттера, начальника автомобильного отделения «Руссо-Балта» инженера Дмитрия Бондарева. Остается добавить, что ралли с финишем в Монако было отнюдь не единственной международной автогонкой, где до Первой мировой войны показывали хороший результат рижские автомобили.
